ЛАМПА ИЛИ ТРАНЗИСТОР?
В нашем Телеграм канале HUGE SOUND я недавно опубликовал пятерку великих брендов усилителей по версии Hige Sound. Сразу уточню - это пятерка великих актуальных брендов, которые производятся сегодня. По этой причине в списке нет, к примеру, таких известных, великих в свое время, брендов как Mcintosh или Audio Research.
В этом списке оказался один ламповый усилитель и четыре транзисторных, что само по себе не значит, что транзистор нравится нам больше. Просто бескомпромиссный подход и критерий возможности работы с абсолютно любой акустикой отсеяли чаcть брендов из первой пятерки и поместили их во вторую, которая будет опубликована позже. В ней ламповых брендов будет уже минимум два.
В этом списке оказался один ламповый усилитель и четыре транзисторных, что само по себе не значит, что транзистор нравится нам больше. Просто бескомпромиссный подход и критерий возможности работы с абсолютно любой акустикой отсеяли чаcть брендов из первой пятерки и поместили их во вторую, которая будет опубликована позже. В ней ламповых брендов будет уже минимум два.
Пять брендов, которые увенчали вершину нашего списка, следующие:
Dan D'Agostino
Boulder
Soulution
CH Precision
WAVAC
Это не соревновательный список с 1 по 5 место - он абсолютно произвольный, и бренды можно было бы разместить в любой последовательности. В статье, однако, речь пойдет не об этих брендах, а том, что вообще лучше для воспроизведения музыки — лампа или транзистор? И в каких случаях.
На наш взгляд, бесконечные разговоры о «тёплом ламповом звуке», чётных и нечётных гармониках, коэффициентах искажений и прочих паспортных характеристиках часто уводят обсуждение совершенно не туда.
Dan D'Agostino
Boulder
Soulution
CH Precision
WAVAC
Это не соревновательный список с 1 по 5 место - он абсолютно произвольный, и бренды можно было бы разместить в любой последовательности. В статье, однако, речь пойдет не об этих брендах, а том, что вообще лучше для воспроизведения музыки — лампа или транзистор? И в каких случаях.
На наш взгляд, бесконечные разговоры о «тёплом ламповом звуке», чётных и нечётных гармониках, коэффициентах искажений и прочих паспортных характеристиках часто уводят обсуждение совершенно не туда.
Начинать нужно с другого вопроса: какую музыку вы слушаете?
Если основу вашей коллекции составляет классическая музыка, акустический джаз, записи живых инструментов — скрипок, рояля, акустической гитары, арфы, — у хорошего транзисторного усилителя есть все основания оказаться предпочтительнее. По нашему опыту, лучшие транзисторные аппараты способны обеспечить очень естественное, точное, приближенное к реальному звучание акустических инструментов.
Но если вы слушаете рок и прогрессив-рок 1970–1980-х годов — Pink Floyd, Dire Straits, Deep Purple, Led Zeppelin и множество других групп, — здесь возникает одно чрезвычайно интересное обстоятельство.
Значительная часть этой музыки изначально создавалась с использованием лампового усиления.
И речь не о студийных ламповых микрофонах или предусилителях, а о самих музыкальных инструментах. Электрогитара, ставшая основой рок-музыки, в те годы практически не существовала отдельно от своего усилителя. Причём чаще всего лампового.
Звук, который мы привыкли считать характерным звучанием электрогитары, формировался не только струнами и звукоснимателями, но и усилительными каскадами, выходными лампами, трансформаторами, динамиками и гитарными кабинетами.
И это не какие-то тонкие аудиофильские нюансы. Ламповое усиление непосредственно участвовало в создании тембра музыкального инструмента.
Дэвид Гилмор — Pink Floyd
Знаменитое гитарное звучание Гилмора во многом связано с ламповыми усилителями Hiwatt DR103 мощностью 100 Вт, с четырьмя выходными лампами EL34.
В отличие от многих других гитаристов Гилмор часто использовал Hiwatt в относительно чистом режиме, формируя перегрузку и сустейн с помощью педалей эффектов. Однако именно сочетание гитары, педалей, лампового усилителя и акустических кабинетов WEM с динамиками Fane создавало характерную пластику и выразительность его звучания.
И когда мы слушаем знаменитые соло Pink Floyd, мы слышим результат работы всей этой системы.
Ричи Блэкмор — Deep Purple
Здесь влияние усилителя на звук ещё очевиднее.
Блэкмор начинал с ламповых Vox AC30, а затем использовал специально модифицированные Marshall. Причём стандартное звучание Marshall его не устраивало. Он добивался определённого характера перегрузки, сочетания резкой атаки, плотного нижнего регистра и протяжённого сустейна. В результате для него дорабатывали мощные Marshall Major, увеличивая мощность и изменяя характер перегрузки выходного каскада. Блэкмор использовал также Hornby-Skewes Treble Booster, дополнительно воздействовавший на характер сигнала перед усилителем.
То есть характерный гитарный звук Deep Purple был результатом совершенно сознательной работы музыканта с ламповым усилением.
Блэкмор начинал с ламповых Vox AC30, а затем использовал специально модифицированные Marshall. Причём стандартное звучание Marshall его не устраивало. Он добивался определённого характера перегрузки, сочетания резкой атаки, плотного нижнего регистра и протяжённого сустейна. В результате для него дорабатывали мощные Marshall Major, увеличивая мощность и изменяя характер перегрузки выходного каскада. Блэкмор использовал также Hornby-Skewes Treble Booster, дополнительно воздействовавший на характер сигнала перед усилителем.
То есть характерный гитарный звук Deep Purple был результатом совершенно сознательной работы музыканта с ламповым усилением.
Джон Лорд — Deep Purple
Знаменитый орган Hammond C3 Джона Лорда первоначально мог работать через акустическую систему Leslie, в классических версиях которой также использовалось ламповое усиление.
Но Лорду этого оказалось недостаточно.
Чтобы орган мог соперничать по мощи и агрессивности с гитарой Блэкмора, он начал подключать Hammond к гитарным усилителям Marshall. Перегружая усилитель, Лорд превращал относительно мягкое органное звучание в плотный, рычащий, почти гитарный звук.
Вспомните Highway Star или Lazy.
Это уже не просто Hammond. Это Hammond, тембр которого сформирован в том числе ламповым перегрузом. Именно так родился один из самых узнаваемых звуков в истории хард-рока.
Но Лорду этого оказалось недостаточно.
Чтобы орган мог соперничать по мощи и агрессивности с гитарой Блэкмора, он начал подключать Hammond к гитарным усилителям Marshall. Перегружая усилитель, Лорд превращал относительно мягкое органное звучание в плотный, рычащий, почти гитарный звук.
Вспомните Highway Star или Lazy.
Это уже не просто Hammond. Это Hammond, тембр которого сформирован в том числе ламповым перегрузом. Именно так родился один из самых узнаваемых звуков в истории хард-рока.
Марк Нопфлер — Dire Straits
Нопфлер не стремился к агрессивной перегрузке. Его фирменный стиль построен на тончайших нюансах атаки, динамики и звукоизвлечения пальцами. В ранние годы Dire Straits он использовал ламповый Fender Vibrolux, а затем Fender Twin Reverb.
Ранний Vibrolux представлял собой примерно 30-ваттный ламповый комбо с выходными лампами 6L6.
Здесь ламповое усиление работало не столько ради искажений, сколько ради динамической отзывчивости, пластичности и характера чистого гитарного звука.
Хотя точная конфигурация усилителей на отдельных студийных записях Dire Straits документирована не полностью, роль лампового усиления в формировании раннего звучания Нопфлера несомненна.
Ранний Vibrolux представлял собой примерно 30-ваттный ламповый комбо с выходными лампами 6L6.
Здесь ламповое усиление работало не столько ради искажений, сколько ради динамической отзывчивости, пластичности и характера чистого гитарного звука.
Хотя точная конфигурация усилителей на отдельных студийных записях Dire Straits документирована не полностью, роль лампового усиления в формировании раннего звучания Нопфлера несомненна.
А теперь вернёмся к домашнему High-End
Все эти примеры объединяет одно важнейшее обстоятельство.
Ламповый усилитель был частью самого музыкального инструмента.
Не устройством для последующего воспроизведения записи, а непосредственным участником создания звука.
Гитаристы и органисты сознательно использовали особенности ламповой схемотехники, её динамическую реакцию, компрессию, перегрузку и гармоническую структуру для формирования собственного музыкального почерка.
Разумеется, на окончательный результат влияли и другие элементы: динамики, микрофоны, студийные пульты, магнитофоны, обработка и сведение. И далеко не каждый инструмент на рок-записях проходил через ламповый усилитель.
Но роль лампового усиления в создании характерного звучания электрогитар и электроорганов классического рока огромна.
И вот здесь мы подходим к главному.
Когда мы воспроизводим такую запись через домашнюю аудиосистему, наша задача уже другая. Мы не создаём звук заново, а пытаемся максимально убедительно восстановить его. С технической точки зрения хороший транзисторный усилитель вполне способен воспроизвести записанный ламповый тембр без необходимости снова пропускать сигнал через лампы.
Но техническая точность и субъективная убедительность музыкального воспроизведения — не всегда одно и то же.
Именно здесь начинается наш многолетний опыт сравнительного прослушивания.
На лучших ламповых усилителях электрогитара Гилмора, Блэкмора или Нопфлера нередко приобретает ту удивительную пластичность, насыщенность и естественность тембра, которая заставляет воспринимать её не как запись электрогитары, а как непосредственно звучащий инструмент.
То же относится к Hammond Джона Лорда.
Хороший ламповый усилитель способен передать его плотность, характер перегрузки и выразительность так, что орган буквально оживает.
На транзисторных усилителях сопоставимого класса мы нередко слышим более строгую, точную, контролируемую подачу, но одновременно ощущаем некоторую потерю той самой пластики, которая делает звучание этих инструментов настолько захватывающим.
Разумеется, это не универсальный закон. Среди транзисторных усилителей встречаются аппараты с исключительно выразительной и пластичной подачей, а среди ламповых — модели, которые заметно уступают им в музыкальной убедительности.
Но после многих лет прослушиваний наша позиция остаётся неизменной.
Для рока и прогрессив-рока классической эпохи мы в большинстве случаев предпочитаем хорошее ламповое усиление.
Не потому, что лампа добавляет некое абстрактное тепло. И не потому, что чётные гармоники якобы всегда музыкальнее нечётных.
А потому, что именно на лучших ламповых усилителях мы чаще слышим ту убедительность, пластику и характер звучания электрических инструментов, которые считаем наиболее близкими к их живому восприятию.
При этом для симфонической музыки, камерных ансамблей, акустического джаза и других жанров наши предпочтения вполне могут оказаться на стороне транзистора.
Поэтому первый вопрос при выборе усилителя — не «лампа или транзистор?», а «какую музыку он должен воспроизводить?».
И только после этого имеет смысл переходить к обсуждению конкретных брендов, моделей и их индивидуальных особенностей.
Huge Sound — слушаем музыку, а не характеристики.
Все эти примеры объединяет одно важнейшее обстоятельство.
Ламповый усилитель был частью самого музыкального инструмента.
Не устройством для последующего воспроизведения записи, а непосредственным участником создания звука.
Гитаристы и органисты сознательно использовали особенности ламповой схемотехники, её динамическую реакцию, компрессию, перегрузку и гармоническую структуру для формирования собственного музыкального почерка.
Разумеется, на окончательный результат влияли и другие элементы: динамики, микрофоны, студийные пульты, магнитофоны, обработка и сведение. И далеко не каждый инструмент на рок-записях проходил через ламповый усилитель.
Но роль лампового усиления в создании характерного звучания электрогитар и электроорганов классического рока огромна.
И вот здесь мы подходим к главному.
Когда мы воспроизводим такую запись через домашнюю аудиосистему, наша задача уже другая. Мы не создаём звук заново, а пытаемся максимально убедительно восстановить его. С технической точки зрения хороший транзисторный усилитель вполне способен воспроизвести записанный ламповый тембр без необходимости снова пропускать сигнал через лампы.
Но техническая точность и субъективная убедительность музыкального воспроизведения — не всегда одно и то же.
Именно здесь начинается наш многолетний опыт сравнительного прослушивания.
На лучших ламповых усилителях электрогитара Гилмора, Блэкмора или Нопфлера нередко приобретает ту удивительную пластичность, насыщенность и естественность тембра, которая заставляет воспринимать её не как запись электрогитары, а как непосредственно звучащий инструмент.
То же относится к Hammond Джона Лорда.
Хороший ламповый усилитель способен передать его плотность, характер перегрузки и выразительность так, что орган буквально оживает.
На транзисторных усилителях сопоставимого класса мы нередко слышим более строгую, точную, контролируемую подачу, но одновременно ощущаем некоторую потерю той самой пластики, которая делает звучание этих инструментов настолько захватывающим.
Разумеется, это не универсальный закон. Среди транзисторных усилителей встречаются аппараты с исключительно выразительной и пластичной подачей, а среди ламповых — модели, которые заметно уступают им в музыкальной убедительности.
Но после многих лет прослушиваний наша позиция остаётся неизменной.
Для рока и прогрессив-рока классической эпохи мы в большинстве случаев предпочитаем хорошее ламповое усиление.
Не потому, что лампа добавляет некое абстрактное тепло. И не потому, что чётные гармоники якобы всегда музыкальнее нечётных.
А потому, что именно на лучших ламповых усилителях мы чаще слышим ту убедительность, пластику и характер звучания электрических инструментов, которые считаем наиболее близкими к их живому восприятию.
При этом для симфонической музыки, камерных ансамблей, акустического джаза и других жанров наши предпочтения вполне могут оказаться на стороне транзистора.
Поэтому первый вопрос при выборе усилителя — не «лампа или транзистор?», а «какую музыку он должен воспроизводить?».
И только после этого имеет смысл переходить к обсуждению конкретных брендов, моделей и их индивидуальных особенностей.
Huge Sound — слушаем музыку, а не характеристики.
Комментариев:
0
Пройдите быструю авторизацию в системе, чтобы комментировать статьи и обзоры.